WWW.LIBRUS.DOBROTA.BIZ
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - собрание публикаций
 


«го, демократического государства; в) насилие допустимо, если оно терпимо теми, по от­ ношению к кому оно вынужденно применяется. В против­ ном случае оно будет не легитимно, т. е. и не законно, и ...»

жающим и защищающим интересы всего общества или, по

крайней мере, его абсолютного большинства, т. е. правово­

го, демократического государства;

в) насилие допустимо, если оно терпимо теми, по от­

ношению к кому оно вынужденно применяется. В против­

ном случае оно будет не легитимно, т. е. и не законно, и не

признаваемо обществом .

Последнее предположение, на первый взгляд, может

показаться парадоксальным, однако, видимо, именно таким

образом может выглядеть логика соотношения толерант­ ности, права и насилия, соответствующим образом прояв­ ляющаяся во всей гамме общественных отношений .

О. С. Гилязова Екатеринбург

ПРОБЛЕМА ТОЛЕРАНТНОСТИ

В СВЕТЕ ЭТИКО-ПОЛИТИЧЕСКИХ ПРИНЦИПОВ

РАВЕНСТВА И ИЕРАРХИИ

Проблема толерантности, столь актуальная в наше время, оказывается значимой в различных сферах: в этике, политике, культуре. Неудивительно, что именно данной про­ блеме уделяют так много внимания в последнее время .

Но возникает вопрос, насколько разрешима эта про­ блема, т. е. насколько вообще достижима толерантность, которую обычно определяют как конструктивную форму компромисса, умение найти оптимальный выход из ситуа­ ции, достичь взаимопримирения и взаимосогласия .

Толерантность (терпимость) подразумевает не просто разрешение конфликта «любой ценой», по принципу «пло­ хой мир лучше хорошей войны», а только такое разреше­ ние сколь угодно сложных конфликтных ситуаций, которое служит к вящему удовлетворению всех, именно всех, сто­ рон, без пренебрежения интересами самой незначительной или подчиненной стороны. Это кажется недостижимым идеалом и, кроме нескольких исключений (чаще всего — на житейском уровне), таковым и является .

Потому-то толерантность, в отличие от другой формы компромисса — конформизма,— столь трудно определяема теоретически и столь недостижима практически. Конфор­ мизм не требует особых усилий, более того — быть кон­ формистом — нередко самая удобная и выгодная тактика поведения, подразумевающая подчинение сильнейшему и оправдывающая это подчинение. Конформизм как созна­ тельное приспособленчество оказывается выгодным не только и не столько высшему, сколько именно низшему, подчиненному, т. к. его позиция и освобождает от ответст­ венности и не мешает, а способствует удовлетворению собственных интересов .

Как бы ни критиковали конформизм, выявляя его «мо­ рально-ущербную сущность», но следует признать, что именно на нем во многом держится вся социальная струк­ тура; посредством конформизма укрепляется существующая субординация и иерархия в обществе. В наше время кон­ формизм даже более развит, чем в другие эпохи (хотя существовал всегда), иначе чем иным можно обьяснить и оправдать наше подчинение «верхам», авторитет которых не обосновывается ни некоей «божественной волей», ни их интеллектуальным, нравственным или иным, ценимым нами, превосходством? Мы подчиняемся не потому, что так должно и хорошо, а потому, что так нам выгодно, по меньшей мере — просто безопасно .

Толерантность же является такого рода терпимостью, ко­ гда от сильнейшего требуется добровольное снисхождение к слабейшему и уважение к его интересам точно к своим, а от слабого — достаточно силы для отказа от в чем-то удоб­ ной позиции подчинения, для чего нужна немалая смелость .

Можно сказать, что если в ситуации конформизма и равные становятся разными, выстраивая отношения вла­ ствования — подчинения, т. е. по принципу иерархии, то в ситуации толерантности должно иметь место иное отно­ шение, а именно: равенство, даже равноценность индиви­ дов, стоящих на различных ступенях социальной иерархии, ради достижения взаимосогласия. Таким образом, отноше­ ния должны строиться на принципе равенства, создающего условия равноправия не только для равных, но и между изначально низшими и высшими .





Здесь, по-моему, следует подробнее остановиться на принципах равенства и иерархии (неравенства), на пробле­ ме их соотношения, следствий и проявлений в реальной жизни .

В философии эти принципы выводят как продолжение идей тождества и различия, чья взаимоотносительность (различие невозможно проводить без наличия единого, то­ ждественного основания; тождество также предполагает различие, хотя бы нумерическое,— в силу самого факта сопоставления, требующего различения) была давно откры­ та, но «диалетическая взаимообусловленность» составляю­ щих этой «бинарной оппозиции» не спасала от вопросов, что первичнее — тождество или различие .

Соотносительность каких-либо понятий предрасполагает к оценочным характеристикам. От вопроса об онтологической первичности тождества или различия в метафизическом дискурсе остается только один шаг до предвзятых оценоч­ ных характеристик принципов равенства и иерархии в эти­ ко-политическом плане .

Встает вопрос, что лучше для политического устройства общества: равенство, имеющее своим основанием некое единство, доходящее до всеобщей унификации граждан в правах, перед законом, даже перед Богом... или же четкая иерархическая система, вводящая естественное и неустра­ нимое разноообразие общества в соответствующие границы?

Второе, по мнению стороников этой идеи, способствует как социальной стабильности, так и развитию уникальности каждого человека. Многообразие, неповторимость каждого отдельного индивида, закрепленная иерархизированным строением общества, подчеркивающего именно различие, несопоставимость, а не тождество как пустую унифика­ цию,— есть гарант развития и процветания общества. Так считают К. Леонтьев, И. Ильин, которые во всеобщем тор­ жестве идей социально-политического, культурного равен­ ства, распространяющихся по Европе и России, видят не достижение давно лелеемого философами Просвещения идеала, а провозвестие близкой гибели культуры, торжество царства серости, мещанства .

Но было бы крайне примитивным сводить принцип иерар­ хии только к идее различия, а принцип равенства — к идее тождества, как это обычно делали просветители и русские философы .

Принцип равенства допускает различие, более того — требует его, ибо зачем уравнивать то, что само по себе тождественно? Именно равноценность различного, в т. ч .

и иерархизированного, эквивалентность разного, гармоничное согласование разных точек зрения, позиций... определяется нами как толерантность, в противоположность конформизму, устанавливающему отношение принципиального, иногда неоправданного неравенства не только между изначально разным, но и совершенно тождественным. Толерантность есть взаимосогласие с позиции взаиморавноценности, т. е .

всех ради каждого; конформизм же — есть также согласие (не всегда взаимное) с позиции доминирующего в иерар­ хии, т. е. согласие всех с принципиальным предпочтением одного, высшего .

В этой связи может показаться, что принцип равенства наиболее приемлем и является самым лучшим, тем более что он, как мы далее рассмотрим, далеко не всегда подразу­ мевает бессмысленное уравнение, унифицированное един­ ство, стирание всех различий — как это было в идеале ка­ зарменного коммунизма. Столь упрощенное понимание принципа равенства было близко сердцу тех мыслителей, которые считали, что именно казарменным обществом проще управлять. Впрочем, и уравнительность интересна не только шариковым, а может являться основой действи­ тельной справедливости. Но подобное равенство не су­ ществует онтологически и не осуществимо практически .

В лучшем случае оно просто мыслимо, а чаще всего осу­ ществляется в частичном варианте: люди равны не во всем, а лишь в некоторых сторонах жизни. Тем не менее именно двадцатый век был богат проектами (и их тотали­ тарными воплощениями) достижения равенства как все­ общей унификации, усреднения. В западном обществе, избегнувшем тоталитарных экспериментов, подобное «усред­ ненное равенство», «всеобщее отождествление» прояви­ лось в складывании массового общества. Естественно, что о какой-либо толерантности членов такого общества гово­ рить не приходится, т. к. их усредненность не только не отвергает общественной иерархии, а, напротив, скорее ее поддерживает, и тем эффективнее, чем более усиливается подобное «массовое равенство». Такое равенство — бога­ тое поле именно для конформистского поведения, укреп­ ляющего видимостью равенства действительность весьма жесткой иерархической системы .

Но есть иное проявление равенства, которое и может стать базой для развертывания настоящей толерантности .

Равенство, не обманывающееся простотой и примитивно­ стью «уравниловки», и известное столь же давно, как и «ка­ зарменное равенство». Это и есть равенство различного, равноценность высшего и низшего,— без чего немыслима сама толерантность. Ранее всего требование равноценности всего сущего, сколь различным оно ни является, было про­ возглашено религией: в христианстве — Иисусом Христом, еще ранее — в индийской философии чарваков, которые, как известно, старательно даже сметают с тропинки пыль, лишь бы случайно не задавить какую-нибудь букашку. Наи­ более адекватно принцип нового равенства выражают слова Талмуда: «Кто сохранит одну жизнь — это все равно, как если бы он спас весь мир; кто уничтожит одну жизнь — это все равно, как если бы он уничтожил весь мир»1 .

В наше довольно безрелигиозное время религиозные установления кажутся не особенно авторитетными, хотя проблема взаимотерпимости ими была поднята (и даны пути разрешения) ранее, чем возник столь модный сейчас термин «толерантность» (в качестве именно термина, а не просто слова) .

Примирить любые творения Бога перед Его лицом, объявить равноправным все сущее — от самой незначитель­ ной букашки до целого мира,— до такого уровня религиозной мысли не сумели подняться никакие самые либеральные современные течения, которые до сих пор и в проблеме толерантности при всей ее универсальности отдают при­ оритет только человеку .

Подхватив и развив христианскую идею «Человек есть образ и подобие Бога», фактически уравновешивающую столь значительные несопоставимости — Бога и человека, западная индивидуалистическая мысль не смогла удержать 1Фромм Э. Искусство любить. Пер. с англ. М.: Педагогика, 1990. С. 29 .

эту идею в истинной гармонии (толерантности), а снова перевернула ее, разведя Бога от человека в иерархической оппозиции, где человек, признавая Бога (если вообще при­ знает) высшим, оказывается на вершине иерархии .

О какой особой терпимости можно говорить в совре­ менной цивилизации, если человеческая мысль просто не способна примириться с равноправием и равноценностью всего сущего на Земле (о большем маштабе нельзя и меч­ тать), а обязательно создает себе жупел, перед которым и преклоняется, по которому и отмеривает иерархию всех ценностей — от личностных до национальных? На Западе этим наивысочайшим идеалом и критерием всего и вся объявляется человек, притом по-особому понятый — как некая индивидуальность, оснащенная всеми достижениями европейского мира: политически и юридически подкованный индивид, в т. ч. превосходно воспитанный на идее толе­ рантности. Жаль только, что толерантность перестает быть собой (терпимостью) там, где с нею не считаются, Известно, что на Востоке (в мусульманском мире) глав­ ной ценностью, располагающейся на самой вершине цен­ ностно-мировоззренческой (для верующих — онтологиче­ ской) иерархии, является Бог. Также принято считать, что диалог (основа любой толерантности) этих двух миров ока­ зывается затрудненным именно в силу различия основопо­ лагающих для менталитета, стоящих во главе ценностных иерархий, ценностей, которые трудно примирить. Прими­ рить же, как я думаю, будет не только трудно, но и вообще невозможно, пока сохраняется иерархический подход к ценностям — основаниям менталитета разных миров, во­ обще до тех пор пока сохраняются оценочные, а значит, по определению,— иерархизированные и предвзятые сужде­ ния, сравнения между народами. Ни о какой толерантности не может быть и речи, пока существует иерархическое противопоставление и деление на высших и низших, луч­ ших и худших, прогрессивных и реакционных, правоверных и неверных, фанатиков и терпимых, развитых и развиваю­ щихся... на подобной почве трудно столковаться и обойтись без взаимных обид .

Впрочем, это не означает, что нужно вообще отказаться от принципа иерархии. Отказываться не нужно, хотя бы потому, что невозможно. Если принцип равенства, в упро­ щенно-казарменном варианте или в религиозном, остается в основном все же недостижимым идеалом, то с реальными формами воплощения принципа иерархии во всех сферах практической жизни и общественного сознания поневоле приходится считаться. Как бы эти реальные формы, осо­ бенно в общественной сфере, нам ни были неприятны, не следует думать, что принцип иерархии — средоточие социального зла. Любой принцип социального устройства можно повернуть либо негативной, либо позитивной сто­ роной .

Так, столь обличаемое принципиальное неравенство есть не только доминирование высшего над низшим, но в идеа­ ле (чаще осуществляемом все же на житейском уровне — в семье, в небольшой группе; реже — выше) обязательно включает в себя покровительство, ответственность, заботу высшего о низшем, а вернее, если обходиться без оценок — властвующего о подчиненном. Властные отношения при идеальном иерархическом устройстве общества являются не неким искусственным сооружением, а гармоничным, взаимополезным сосуществованием естественно различного, способ уберечь и взлелеять различные индивидуальности .

Чем не основа для толерантности? Но именно бережное отношение к неповторимому различию, к индивидуально­ сти и в иерархическом обществе (а иным оно и не может быть) обличает равнозначность различного, что превраща­ ет принцип иерархии по видимости в принцип равенства по сути. Таким образом, в идеале два принципа смыкаются, сами становятся равнозначными и равновозможными для достижения толерантности .

Но в жизни господствуют не идеалы, и любые принципы оборачиваются не лучшей своей стороной. Иерархичность приобретает чудовищные формы: когда властвование не сопровождается покровительством и ответственностью, тогда принципу иерархии нет никакого оправдания. Люди, вынужденные без всякой ответственности власть имущих подчиняться им, естественно, начинают чувствовать себя униженными. При отсутствии каких-либо гарантий не всегда способно выручить и конформистское поведение, которое может только усугубить положение, освобождая власть имущим поле для большего произвола. Толерантности здесь нет места: создавшаяся ситуация — плацдарм не взаимотерпимости, а взаимонедовольства, которое нередко, как показывает история, взрывается социальными потрясе­ ниями. Войнами, революциями, цель которых — изменить существующий порядок на новых принципах, чаще — на принципе равенства, который после опорочившего себя иерархического принципа устройства общества восприни­ мается как панацея от всех бед .

Но и принцип равенства, даже и не в казарменно-урав­ нительном варианте, нередко в реальном своем воплощении принимает такие ужасающие формы, которые немыслимы для принципа иерархии даже в худших его проявлениях .

Ведь воспринимая все сущее равноправным, мы имеем два возможных следствия: либо мы, как чарваки, относимся к жизни самых незаметных существ столь же бережно и трепетно, как к своей собственной и даже — как к сущест­ вованию божества; либо следуем иному исходу, более удобному и простому, хотя и циничному, но освобождаю­ щему от чувства вины, лозунгом которого служат слова Пу­ гачева из «Капитанской дочки» А. С. Пушкина: «своя жизнь в копейку, чужая душа в полушку» .

Так что принцип равноценности всего сущего, являясь высшим религиозным установлением и благодатнейшей основой толерантности, одновременно является и фило­ софией «отморозков», для которых все одинаково равно­ ценны, вернее — бесценны в том смысле, что совершенно не имеют никакой цены, в т. ч. и они сами для себя самих .

Уравнивание своей жизни с жизнью остальных является толерантностью, воинским или религиозным подвигом, но одновременно может стать и становится ведущей опасно­ стью для мира, тем более для мира, имеющего средства примирить все существующее в равном для всех не-бытии .

Даже в частном своем воплощении патологическое у-равно-ценивание в ничтожности (например, в мировоззре­ нии «отморозков») чрезвычайно опасно, что же говорить, если оно станет основополагающим для всего общества (что, конечно, также будет толерантностью, но не к жизни и для жизни, а к смерти и ради смерти) или хотя бы для власть имущих, имеющих возможность на практике доказать, что существование мира равносильно существованию ка­ кой-нибудь букашки, т. к. и то, и другое — легко раздавить .

И современная ситуация в мире делает бессмыслен­ ными прекраснодушные размышления о том, что на прин­ ципах толерантности станут строиться отношения между людьми, народами, цивилизациями. Толерантность как примирение действительно пронизывает многие взаимоот­ ношения, но как уравнивание к нулю, а не к Абсолюту, при­ мирение в смерти, а не в жизни и не для жизни. Камикадзетеррорист у-равно-ценивает свою жизнь с жизнью своих жертв, тем самым смертью своей уничтожая, приравнивает свой поступок к подвигу, где своей смертью — спасают .

И не надо обладать могуществом Бога, чтобы уравнять су­ ществование всего мира с существованием ничтожнейшего существа. Недаром считают счастьем, что Гитлер покончил с собой раньше, чем ему стал известен секрет атомной бомбы, иначе он не постеснялся бы использовать ее: ради уничтожения хоть всего мира он готов был бы пожертво­ вать и собою .

Так что взаимоуравнивающая, всепримиряющая позиция оправдывает как мучеников и героев, «жизнь положивших за други своя», так и бандитов и террористов. И на самом деле от «слезинки замученного ребенка, превышающей цену общественного прогресса» (Ф. Достоевский), столь умиляю­ щей гуманистов любого толка и направления, лишь один шаг до «морали отморозков». Никогда цивилизация не обой­ дется без «слез ребенка» — это слишком невозможное требование, зато всегда будут существовать люди, сле­ дующие «морали отморозков», ведь проще высшее свести к низшему, уравнять их во всеобщем ничтожестве, но воз­ вышение низшего до высшего, взаимоу-равноценивание их в Абсолюте — всегда останется недостижимым идеалом .

Потому толерантность, претендующая на взаимопримирение именно в Абсолюте, на уровне высших ценно­ стей,— будет чаще всего оставаться лишь идеалом. Зато толерантность как достижение взаимосогласия на основе всеобщего оскотинивания, низменных ценностей и потреб­ ностей («естественных, а потому всеобщих») — уже налич­ ная судьба нашей цивилизации. Но боже упаси от даль­ нейшего развития подобной толерантности!

Можно сделать вывод, что из какого принципа — равен­ ства или неравенства (понятых шире, чем просто принципы социального устройства) ни исходили бы при рассуждении о толерантности, всегда должны помнить, что дело не столько в самих принципах, сколько в их реальных прояв­ лениях и следствиях. В любом обществе, при любом строе мышления и менталитете есть своя основа для толерант­ ности, но следует подумать — какого рода будет столь искомое нами взаимосогласие. Так ли уж оно необходимо?

А не опаснее ли подобная толерантность, взаимосогласие, чем иное, пусть и конфликтное, расхождение в принципи­ альных вопросах? И попытки навязать по-своему понятую терпимость не оборачиваются ли иногда чем-то худшим, нежели отсутствие примирения и терпимости? Вообще возможна ли толерантность как способ разрешения всех конфликтов?

Уничтожение объектов и субъектов конфликта — чем не разрешение конфликта? Конфликт исчезает не только с исчезновением «яблока раздора», но и с исчезновением носителей раздора. Это цинический способ разрешения конфликтов, но, к сожалению, наиболее часто применяемый, нередко — единственный, а иногда — более эффективный, чем попытки разрешения на основе толерантности. Трудно представить, что от этого способа откажутся, даже сумев воспитать все человечество взаимотерпимым: в конце кон­ цов этот способ более нагляден и самое главное — более действен, чем попытки достичь взаимосогласования до крайности противоположных интересов, когда всем сторо­ нам конфликта легче поступиться собственным существо­ ванием, нежели своими интересами. Не секрет ведь, что для иных их ценности и интересы намного важнее их соб­ ственной жизни, жизни их близких, не говоря уже о жизни их врагов. С такими диалог на основе толерантности не получится — они ставят перед дилеммой: либо полностью и безоговорочно признать их интересы, либо они уничтожат тех, кто не желает им подчиниться. Согласие, которое здесь может быть достигнуто, заключается только в том, что взаимоуничтожение — единственный путь к согласию;

так соблюдается равноправие сторон, иначе остается лишь абсолютно безусловное подчинение интересам одной сто­ роны. Естественно, каждая сторона конфликта претендует на безусловное подавление остальных, так что у всех возникают закономерные вопросы: «По какому праву другая сторона претендует на значимость своих интересов и убеж­ дений?»; «Чем мы их хуже?» Появляется превосходная причина для новых неразрешимых конфликтов, тем более что споры по поводу «кто лучше, а кто хуже» совершенно исключают саму возможность толерантности .

Поэтому прежде чем ставить проблему достижения то­ лерантности, следует задаться вопросом: «Всегда ли толе­ рантность вообще достижима?» .

Этот и вышезаданные вопросы кажутся парадоксаль­ ными, и это хороший признак; будет хуже, если они станут более актуальными, чем сам вопрос о толерантности, рас­ суждения о котором в наше время кажутся мне равносиль­ ными рассуждениям о премуществах мира во время войны, здоровья во время болезни, т. е. правильными, но, к сожа­ лению, слишком риторически-бесполезными, т. к. тех, к кому они относятся, они не задевают. Для людей, которым не важна и их собственная жизнь, тем более не будет важным достижение толерантности. Это ничего не значило бы, если бы от тех, кто равнодушен не то что к толерантности, но и к собственной жизни, не зависела бы жизнь остальных .

Мои соображения насчет толерантности могут пока­ заться пессимистическими и провокационными, но таковой становится любая мысль, доведенная до конца. Обольще­ ние же, более того — самообольщение в вопросе о толе­ рантности,— худший враг самой толерантности .

–  –  –

НЕСТЯЖАТЕЛИ И ИОСИФЛЯНЕ:

ВОПРОС О МИРЕ, СВОБОДЕ И ПРАВЕ НАКАЗЫВАТЬ

Спор нестяжателей и иосифлян — тема известная для историка средневековой отечественной культуры и фило­




Похожие работы:

«ь О Щ Ш УРГШ Я )мщен. е п а о й й ш явдомости. Юмъ Галанина. \ |г І; и ІЗерхж*запаса.п г ю н іе го О Д ржаніи, I Ог XX X V II изд. 19 09 г . жат* окнамгіп-і (" /\ —.-ІЛ" — ъ. у Ц н а г о д о п о и у и з д а н ію ъ годі 42. о ягг и е р е с. 6 |". Ц н а хъ доброкачем ора в ъ Р е д а к ц іи А 15 К., а с ъ д о с т....»

«Введение Представленный доклад является публичным отчётом о проделанной работе за 2017-2018 учебный год. Доклад подготовлен на основе положения о Публичном докладе, составленным Министерством образования. Задача настоящего доклада – представить родительской общественности, представителям органов...»

«ПОЛОЖЕНИЕ об оплате труда и премировании работников садоводческого некоммерческого товарищества собственников недвижимости "Маяк"1. ОБЩАЯ ЧАСТЬ 1.1 Настоящее Положение разработано в соответствии с Трудовым кодексом РФ и иными нормами дейст...»

«1. ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ. ОПРЕДЕЛЕНИЯ.1.1. В соответствии с настоящими Правилами и действующим законодательством Российской Федерации Страховщик заключает договоры (оформляет Полисы, Сертификаты) добровольного страхования жизни и здоровья (оформляет Полисы, Сертификаты) заемщиков кредита (далее: Договор...»

«XMANAGER 6 Руководство Пользователя Мощный PC X Сервер для Windows NetSarang Computer, Inc. Copyright © 2018 NetSarang Computer, Inc. Все права защищены. Руководство Xmanager® Это программное обеспечение и связанные с ним документы произведены NetSarang Computer, Inc. и защищены Авторскими правами...»

«International Organization for Standardization International Accreditation Forum Дата: 13 января 2016 г. Группа по практикам аудита на соответствие ISO 9001 Рекомендации Процессы 1. Введение Применение "процессного подхода" обязательное требование ISO 90...»

«Убедительно просим внимательно ознакомиться с текстом публичной оферты, и если вы не согласны с каким-либо пунктом оферты, Вам предлагается отказаться от приобретения Услуг, предоставляемых ООО "БИР ЭНД В...»







 
2019 www.librus.dobrota.biz - «Бесплатная электронная библиотека - собрание публикаций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.